Подготовка нашей 222 учебной группы к летней сессии 1986 года проходила в одной из аудиторий, находящейся на 4 кафедре. Прохладная аудитория на первом этаже учебного корпуса, окна которой выходили в город, располагала ко всему, чему угодно, но только не к зубрежке. Судите сами: на улице жара, вся страна следит, как бетонируют Чернобыль, в том числе, и преподавательский состав 4 кафедры, который ко всему, кроме приема на слух, относился очень снисходительно, отсутствие штатного командира взвода (Вася Непрокин, один только взгляд которого превращал нас в «бандерлогов», к этому времени служил на одном из Новочеркасских заводов военпредом, а другого нам еще не дали), третий курс с его пофигизмом (до выпуска еще год, а до хромачей – полтора месяца), какая тут учеба!

И вот в этой прохладной аудитории два курсанта, Дима Тунаев и Олег Пинаев, устав плющить лицо на столах, развлекались тем, что рисовали шаржи друг на друга и на одногруппников. Надо сказать, рисовальщики они были знатные, над стенгазетами и боевыми листками, которые они оформляли, ухохатывалась вся рота. И вот в один из дней творчество этих двух, без сомнения, очень талантливых будущих офицеров-связистов, достигло своего расцвета. Расцвет этот выразился в том, что они совместными усилиями, практически, один в один нарисовали одну из любимых купюр советского народа - «10 рублей».

Здесь, уважаемый читатель, хочу сделать маленькое отступление и попросить тебя обратиться к глубинам твоей памяти и вспомнить, как выглядел обыкновенный конверт без марки. Если тебе это удалось, то ты, наверняка, вспомнишь, что внутренняя сторона конверта была одного цвета со старым добрым советским червонцем, даже с элементами «водянизма». Так они решили проблему цвета для основания. Ведь, уважаемый читатель, ты, наверняка, знаешь, что в сумке у курсанта были карандаши, максимум, трех цветов: красный – для наших, синий - для врагов, и черный - для мсб и чтоб таблицу с расчетом сил и средств начертить, а это очень скудно для великих творцов. Изобразить же элементы червонца на цветной стороне конверта для них труда не составило. Проницательный читатель уже догадался, что рисунок был с одной стороны. На ней и изобразили ту сторону червонца, что без Ильича, вождя тогда всуе не тревожили. Затем вырезали по размеру и сложили так, чтобы не было видно обратную сторону, и ту слегка подкрасили «нашенским» карандашом.

Искусство принадлежит народу. Кто же спорит? Никто. Решили проверить. Проверять решили на курсанте Эдуарде Пажике, который, не подозревая о том, что ему назначено нести искусство в массы, сладко, со слюнями, посапывал возле макета Р-140 и свидетелем таинства рождения шедевра не был. Курсант Э.Пажик - это уникальная личность. Его, я думаю, должны отчетливо помнить все выпускники 22 роты 1987 года выпуска (где ты, Эдик, отзовись!). Так вот, Эдика разбудили, вручили этот нарисованный сложенный червонец и отправили в чепок за мороженым, вдогонку напомнив, что он третьекурсник и имеет полное право игнорировать очередь. Не учли одного - аккуратности Эдика. В районе спортгородка он начал разглаживать денежку и обнаружил, что его разводят. Надо отдать должное Эдуарду, несмотря на переполнявшие его эмоции (его разбудили и нае.ли), у него не поднялась рука уничтожить шедевр.
Эдик вернулся. Его успокоили. Дальше решили проверять на гражданских, простых и добрых жителях города Новочеркасска. Воспользовались тем, что окна аудитории выходили в город, приоткрыли окно и сквозь решетку выбросили этот красненький кусочек конверта на тротуар. Тут уж проснулись все и прильнули к окнам.

Вот говорят, что можно бесконечно смотреть на танцующие языки пламени и любоваться морским прибоем. С уверенностью могу сказать, что нет ничего увлекательнее, чем наблюдать за поведением людей, вдруг обнаруживших прямо перед собой кусочек счастья в виде смятого червонца в 1986 году.
Что тут началось! Никто не спал. Занимались только в то время, пока изготавливался новый шедевр, ведь выброшенный в окно уже не возвращался. А потом опять к окну, наблюдать за психологией поведения различных типов людей. Шоу продолжалось дня два.

Последним, кто наткнулся на «иллюзию удачи», был подполковник Асташин (на тот момент, кажется, зам. нач.1 кафедры). Его реакция на «удачу» вызвала пик интереса, весь взвод прилип к окнам. Но к тому моменту, когда он поднял голову (уж не знаю с каким чувством, хотя, догадываюсь), возле окон уже никого не было.

Первым почувствовал опасность замкомвзвода, оно и понятно. Мгновенно был послан посыльный в расположение роты за молотком и гвоздями, и окно заколотили (как и должно было быть). Затем пришел недавно назначенный командир роты капитан Акрымов, но, не имея на руках ни фактов, ни преступников, а лицезрея лишь заколоченное окно и недоуменный взгляд «замка», ограничился лишь внушением за расстегнутые пуговицы и снятые ремни. Курсант Гринев Юрий, он же Вук, нагло заметил, что застегнутые пуговицы и крючки, а также затянутые ремни мешают успешному усвоению учебного материала и, соответственно, выполнению взятых социалистических обязательств. На что Акрымыч что-то буркнул и вышел. Молодой был командир роты и совсем не страшный.

Вот был такой маленький эпизод в развеселой курсантской жизни в далеком уже 1986 году.

Автор от всего сердца шлет наилучшие пожелания всем участникам описываемых событий. Здоровья вам и удачи! Только настоящей.

Автор Admin 19 февраля 2007 г. 3:51:20