Я не знаю как это дело происходит сейчас, но в наше время мы в Казачьи лагеря ходили пешком туда и обратно.
И вот об одном таком выходе я и хочу рассказать. Вышли мы после завтрака, который нам накрыли раньше, часов этак в семь, ну и в восемь, после получения оружия мы двинули в путь.
Погода стояла самая «прекрасная» температура, плюс два и мокрый снег, а топать нам часов этак пять с большим гаком.
Ну вот, и в процессе ходьбы, мы начинаем понимать, что температура слегка падает, в общем  к тому моменту, как мы притопали в Казачьи, температура была уже минус семь, пока разместились на ночлег, туда сюда, и  к отбою на градуснике уже минус семнадцать.
С утра, после того, как мы встали, нас обрадовали, что на улице минус двадцать семь и после завтрака мы выходим на полигон, где и будем «воевать» несколько дней, а шинельки наши, мокрые насквозь, как и сапоги, ну и шапченки тоже не ахти как сухие.
Ну вот, после завтрака мы вышли на полигон и там началось, дабы мы особенно не мерзли, то перемещения по полигону происходили постоянно (чаще всего бегом).
Но вот дело к вечеру и мы подходим к «уютным» бетонным окопам, где и проведем веселую ночку.
Я вместе с Нарымом отвечали за коммутатор и должны были организовать проводную связь.
И решили по очереди мотаться с катушкой П-274, да, забыл сказать, на улице уже темно хоть глаз выколи.
И вот подошла очередь Нарыму тянуть связь к минометной батарее, на всякий случай он взял с собой пару катушек и пошел в направлении минометной батареи, и вот через какое то время, я слышу, что практически с другой стороны в мою сторону кто то идет, я крикнул что я немного левее и вдруг вижу, что это вышел Нарым, я говорю а почему не позвонил с батареи?
Он говорит, что сам не понял как, но до батареи он так и не дошел, сделав нехилый крюк и размотав почти 1км. кабеля.
После чего мы решили, что нужно смотать кабель и после того по рации сказать, чтобы на батарее народ немного посветил или пошумел, чтобы мы не искали их долго, и вот со второго раза мы проложили связь, после чего задумались, а как ночью мы будем греться, ну и на общем конвульсиуме решили поискать какие либо дрова или что-нибудь пригодное для топки.
Ну и после долгих поисков мы нашли немного веток в ближайшей лесополосе.
Но их могло хватить на пол часа или максимум час, и мы решили завалить пару деревьев, но вот у нас не было не топоров ни пил, а в наличии только саперные лопатки и вот этими лопатками мы и завалили пару деревьев (белая акация немного тверже дуба по крепости), и так продержались ночь.
Преподы в этот момент сидели в Р-142 и слегонца бухали, а когда кто то из них высунулся и заявил, что костры нас демаскируют, то их кто то из 3-го взвода послал подальше и они угомонились и больше не вылазили (хотя то, что это был кто то из «уголовников» еще не факт, но так говорили в нашем взводе да и КШМка стояла ближе к ним).
На следующую ночь мы раздобыли где то несколько шпал, потом еще и вот таким макаром  с ежедневным воровством шпал мы пробыли в поле практически четыре ночи и утром в пятницу нам было сказано, что мы после обеда идем в училище хотя раньше топали с утра, но нам было и так хорошо, что наконец попадем в нормальную теплую казарму.
И вот мы вышли после обеда, а так как эти четыре дня практически никто толком и не спал, то  я обернувшись назад при подходе к Хотунку  увидел, что практически все идут на автопилоте,  как зомби (глаза открыты, но мысли в них ноль, а некоторые шли с закрытыми глазами), ну а к училищу подошли около восьми часов и когда проходили КПП и шли к казарме не могли понять, почему все кто нас видит делают круглые глаза, а когда зашли в казарму, то только глянув на себя в зеркало все поняли, ибо  все то время пока мы были на полевом выходе мы толком  не то что не брились, но даже и не умывались (так как даже горячий чай через пару минут на ветру покрывался корочкой льда)  и посему походили на каких то толи бомжей, толи окруженцев времен великой отечественной.
Ну а после того, как мы отмылись от копоти и грязи (шпалы которые мы жгли пропитаны креозотом и сильно коптят при горении) и легли нормально поспать в свои койки, то это наверное была самая спокойная ночь в роте все дрыхли без ног.
Да, а вот, что народ с собой брал в поле, дабы не оголодать, так как кормежка в поле была из столовой казачьих, то народ затаривался в магазине  консервами и мне лично нравились консервы «Китовое мясо», это действительно большой кусок китового мяса в банке, причем по вкусу даже лучше тушенки свиной, и если оставались деньги, то непременно брал кильку в томатном соусе  в народе именуемую «братской могилой».
Ну а по поводу горячительных напитков, взять удавалось не всегда, ибо денег было маловато.

Автор Admin 5 декабря 2013 г. 16:54:00

Статистика

  • Записей (42)
  • Комментариев (0)